«Ничего личного» — принцип киллеров

Часть 2

Ал.Боссер

Глава 4. Примерно двадцать лет назад

В диетическую столовую Бал ходил обедать каждый день. Нет, со здоровьем у него было, слава Богу, всё в порядке. Просто там вполне сносно готовили и редко были большие очереди.

Возможно, многих отпугивало определение «диетическая», ведь люди в основном мечтают навредить своему здоровью!

Надежда пришла туда с дочкой первый раз. Пункт проката, где она взяла пишущую машинку, был рядом.

Дочка, которой тогда было лет пять, расплакалась и начала ныть: «Хочу кушать!»

Надежда и зашла в первое, что было рядом. Судьба!

Бал буквально остолбенел, когда её увидел. Первое, что он подумал: «Кто-то же трахает такую женщину». Пошло? Наверно, но подумал — именно так…

Часа через три она отдалась ему.

(Я честнейшим образом искала определение, как сказать это поделикатней. А потом думаю: а что я, собственно, парюсь! Просто повторю её слова — и всё! Приходя в себя после сумасшедшего оргазма, она так и сказала: «Господи! Что это со мной! Я знаю тебя всего несколько часов — и уже отдаюсь!»

Бал, как и многие мужчины, имевший некоторые иллюзии насчёт собственной неотразимости, ничего странного в этом как раз не видел. Правда, порядком истерзанный, он имел определённые сомнения по поводу того, кто кому отдался!)

Одуревший от происходившего Бал тогда дорвался как до ворованного! Назавтра он позвонил ей на работу, в бухгалтерию. Надежда каким-то странным голосом сказала, что заканчивает в пять, и попросила прийти: «Адрес помнишь?»

Надо ли говорить, что он пришёл заранее и то и дело выскакивал на мороз из подъезда, выглядывая её?

Наконец она пришла, подставила под его нетерпеливый поцелуй вкусную, с мороза, щёчку и, попросив подождать в первой комнате, которую из-за незначительности размеров просто язык не поворачивается назвать залом, зашла в спальню (совсем малюсенькую) переодеться. Когда она вышла, Бал обалдел! На Надежде были только беленькие трусики!

— Видишь?! — спросила она.

Ага-а-а! Бал видел! Вчера он, по правде говоря, её и не разглядел. В смысле — голую. Всё было больше на ощупь! Сейчас он в полном восторге разглядывал её умопомрачительную фигуру. «Ай да я!»

— Видишь, что ты наделал?! — повторила Надежда, крутясь перед зеркалом и с явным удовольствием себя разглядывая.

Бал в полном недоумении пожал плечами.

— Ну вот! Посмотри! — настаивала Надежда, и, присмотревшись, Бал увидел, что её белоснежная и нежная кожа покрыта множеством маленьких синеньких пятнышек.

— Следы твоих пальцев, между прочим! — сказала Надежда безо всякого, впрочем, упрёка в голосе. Она начала показывать ему свои заслуженные синячки, причём для демонстрации некоторых ей даже пришлось сдвинуть и без того небольшие трусики (ну это как раз понятно!). — А здесь?! — она пальчиком показала на вполне внушительный синяк у себя на левой скуле.

— Ты кусалась! — начал оправдываться Бал. — Помнишь? Я тебя здесь подбородком прижал. У меня вон всё плечо искусано! И спина, кажется, сильно поцарапана! Надю-у-уля! — виновато протянул он. — Давай поцелую!

— Девки на работе от зависти попадали! — не обращала на него внимания Надежда.

— Ты что? — оторопел Бал. — На работе показывала?!

— Причём всё! — она зажмурилась в наслаждении.

— Ты что? Раздевалась там, что ли?!

— А что?! У нас очень тепло! — успокоила его Надежда.

— Да я не про это! — в голосе Бала звенела невольная ревность. — У вас там что, одни женщины работают?

— Ну да! — отмахнулась от него Надежда. — Начальник, правда, мужчина, — она надула губки и слегка нахмурилась, как будто вспоминая: «Ну да! Мужчина!» — Но он уже привык!

— То есть как это — привык?! — с Бала в тот момент можно было рисовать картину «Крайнее изумление».

— А как ты думаешь! — теперь в голосе Надежды было недоумение. — Нас там десять баб. Когда покупаем колготки, лифчики, трусики, должны же друг дружке показать! Что ему, каждый раз выходить?!

— Мама дорогая! — Бал пошарил позади себя, нащупал диван и сел, держась за сердце. — Ему же молоко за вредность давать надо!

— Ты за него не волнуйся! — успокоила Надежда. — Всё что надо — ему дают!..

Она склонила голову, любуясь на себя в зеркале, потом повернулась к Балу. Тонкие ноздри её маленького носика уже нервно трепетали, серо-зелёные глаза потемнели.

— Кажется, ты грозился всё это зацеловать?!

Бал в этот момент подумал: «Жалко, что я не догадался похвастаться искусанным плечом и поцарапанной спиной! Ну ничего! Завтра! Тем более, что сейчас — явно добавится!..»

Уф! В жар даже бросило от таких воспоминаний. Надежда ласково улыбалась со снимка, а он вспомнил, как к нему попала эта фотография. Тоже была история!

Они жили вместе больше месяца. Письма от родителей получал на главпочтамте «до востребования». В тот день он зашёл проверить, не пришло ли что-нибудь, и совершенно неожиданно получил письмо от неё.

Сердце почему-то неприятно кольнуло. «Наверное, хочет со мной расстаться, а сказать не решается, вот и решила — письмом».

Дрожащими пальцами он разорвал конверт. Выпала вот эта самая фотография. А вот и письмо! Буквы прыгали перед глазами. Бал собрался и прочитал, он и сейчас помнит почти дословно. «Балька! Ты видишь эти губки, ты видишь этот носик, ты видишь эти глазки?! И это, и всё остальное — твоё и вечером ты всё это поцелуешь!..» Надо ли говорить, что ночь у них была не менее бурная, чем та, первая! А по результативности — так даже и превзошла!

Бал ещё сидел какое-то время, разбирать бумаги пропала всякая охота. Он вздохнул и начал запихивать весь бумажный хлам обратно в «дипломат», почти не глядя.

«Стоп! А что это за бланк из банка? Данные — его, но банк не тот, где у него счёт!»

Бал повертел бланк, пытаясь вспомнить.

А ведь это бланк из банка, где у него был открыт счёт, когда он был в «фирме». Наверное, Ник сунул ему его, когда он уходил. Да какая разница! Всё равно там наверное ничего нет!

Бал потёр лицо. Вот ведь вечер, блин, открытий! Сначала фотография Надежды, потом этот банковский бланк!

«А, собственно, что я теряю?! Завтра и позвоню с утра. В офис — только вечером, а на заправке завтра я как раз выходной».

С утра он позвонил в банк. Автоответчик долго испытывал его нервы, пока не ответила девушка. Бал даже запомнил её имя — Мирьям!

— Я хочу узнать состояние счёта номер… — начал он, но девушка даже не дослушала.

— По телефону мы не даём такую информацию.

— Хорошо! Счёт номер… — (он прочитал номер), — есть вообще в вашем банке?

Девушка несколько секунд молчала, наверное, проверяла. Затем сказала несколько смущённо:

— Мы не можем дать и такую информацию! — потом нашла выход: — Просто возьми все документы и приходи!

— Спасибо, сладкая! — обрадовался Бал. — Понял тебя!

Оба остались довольны и друг другом, и каждый собой.