Пазл для тех, кто на Краю

Евгений Еленин

Подранок

«Счастливое» время. Прыщавый «юноша бледный со взором лучистым»… Переходный возраст.

Откуда и куда переходим?

Я — урод… Куда уж тут переходить? Тупик.

Был замечательным мальчиком, а стал монстром.

Только об этом никто не знает. И знать не должен. Такие, как я, не должны жить. Осталось мне немного. Скоро перестану засорять землю своим присутствием.

Происходит что-то жуткое! Мне всё время в голову приходят ужасные мысли о женщинах.

Такого не может быть. Так не бывает. Грязь какая!

Книжки начал смотреть по медицине. Может, отыщу ещё случаи подобного морального уродства. Может, не я один такой. Нет, только расстройства. Причём половые.

Не мой случай. Я — урод. Мой случай даже в медицине не описан.

Я точно болен неизлечимой болезнью. Свою болезнь в медицинских книжках не нашёл, но нашел ещё кучу других. Проверил симптомы, обнаружил у себя…

Смотрю на себя в зеркало. Стопроцентная обезьяна. Нет, обезьяна красивее.

Может, и не жить совсем? Взять и умереть. Только родителей жалко. Будут горевать.

Я попробую пока пожить, но у меня всегда есть возможность это прекратить. Правда, я не решил, каким способом.

Можно уехать в тайгу и там пропасть. Я ведь природу люблю. Начинаю представлять себе, что я в тайге. Уже приехал.

Красота-то какая! А вот и деревянный домик на берегу озера. Это мой дом. Там живу я. Один с собаками. Я — писатель в свитере с воротником под горло, с бородой и трубкой в зубах. Моё отражение в зеркале очень напоминает чёрно-белый портрет Хемингуэя в его же книге… В перерывах между писанием режу по дереву. Вон на полках в моём доме коллекции моих деревяшек. Хожу на охоту. Нет, на рыбалку лучше. Я охоту не люблю. Жалко зверей.

И умирать расхотелось. Поживу, ладно… Как будет, так и будет.

Я самый младший в классе математической школы.

Все мои одноклассники — уже мужики со щетинкой на щеках или хотя бы густым пухом.

А я? Пушок под носом, да росточком самой маленькой девчонке носом до груди едва достаю.

Правда, папа мой пушок называет усами. Говорят, что если сбрить первый пух, начнут расти настоящие. Сбриваю… Здравствуй, папа!

— Что ты наделал?! Ты теперь похож на гермафродита!

Этого мне только не хватало! Моральный урод, да ещё и этот, герма…

Стесняюсь идти в школу. Теперь все увидят, что я — существо неопределённого пола. На уроке физической культуры (о как! звучит, как для атлетов греческих, а я…) стою в шеренге местных многоборцев и прикрываю лицо руками.

— У тебя что, зуб болит?

Мужественно опускаю руки и показываю своё обезображенное лицо.

— Вы что, не видите? Я усы сбрил!

— А что, они были? Или ты такую отмазку от занятий придумал?

Ура!!! Случилось! У меня появился щенок овчарки.

Сбылись практически все мечты. Коллекции фотографий собак материализовались в комочке шерсти, так сладко пахнущем молочком и непередаваемым щенячим ароматом. Псинка мой!

Ему уже два месяца. Уши болтаются двумя лопухами. Пьяные ушки и мокрый кожаный нос. Глаза озорные. Сорванец и самый лучший дурень на свете.

На улице подходит дядька с выцветшими глазами и перебитым носом.

Пощёлкал языком и спросил, покачиваясь:

— Нож берёт? А за горло может схватить?

— Нож?.. За горло?..

Я представил своего пушистого друга, хватающего в прыжке преступника за руку с занесённым ножом, а потом за горло…

— Нет, пока не берёт, — неуверенно сказал я.

— Будет! — безапелляционно заявила выцветшеглазая личность. И пошёл дальше, нежно покачиваясь в воображаемом гамаке.

На уроке литературы — сочинение на свободную тему «Твои увлечения».

Я увлекаюсь своей собакой. Больше ничем. Игру на пианино ненавижу. Хотел лабать на гитаре, а дедушка посчитал, что это я от скромности. Подарил пианино. Теперь страдаю.

А с собакой хожу в лес. Гуляю долго. В лесу мне хорошо. В лесу я как дома. Спокойно и радостно. Мы кувыркаемся в траве, купаемся в озере. Самые близкие друзья — и абсолютная любовь соединяет нас. Не поводок.

Я ухожу в мир своих добрых фантазий. Глотаю капли мороший мыслей, как микстуру от собственного уродства.

И даже математика становится ясной и понятной. И даже немного любимой.

Мне уже шестнадцать, а я ещё не умер. Может, и не умру так быстро. Может, всё не так страшно. Может, не такой уж я и урод. Не совсем моральный и совсем не физический.

Переход я свой закончил. Даже не заметил, как и когда.

Начинается взрослая жизнь.