Находчивость

(1960 год)

Лидия Селягина

Отдых в санатории в Мурмашах подходил к концу.

Иринка жила в четырёхместной палате. Две женщины были значительно старше её, а вот третьей — Елене — было двадцать пять лет. Со второй половины дня она уходила в посёлок или в Мурманск. А иногда, переговорив с дежурной медсестрой, и вообще не приходила ночевать.

Старшие в палате иногда говорили ей:

— Смотри, не обидел бы тебя кто.

— Да бросьте вы, я сама кого хочешь обижу, — отшучивалась она.

В этот вечер Елена быстро явилась с прогулки и стала рассказывать Иринке, что один из друзей её приятеля очень хочет познакомиться с Ирочкой, но стесняется. Понимая, что до конца путёвки остаётся мало времени, он предложил Елене вместе с Иринкой на следующий день часам к пятнадцати выйти в фойе санатория. Он придёт вместе с Елениным другом, и хорошо бы всем вместе побродить по посёлку. На это безобидное предложение старшие в один голос предупредили Елену:

— Смотри не принеси хлопот ни ей, ни себе. Наша Иринка ещё домашний ребёнок, не дай её в обиду, а то мы и до тебя доберёмся.

— Ой, да вы что разошлись так! Все эти ребята тоже ленинградские, получили направления после окончания института, вот и отрабатывают своё время. А свои своих не обидят.

— А где же они живут? — спросила тётя Паша.

— И живут здесь в посёлке, в коттедже.

— Ну ладно, не обижайся, Лена. Мы ведь сами матери, у нас дома такие же дети, как Иринка. Просто хотим, чтобы и у неё, и у тебя всё было хорошо, — пояснила Надежда.

— Ну а что, может, и погуляем. Только я сразу скажу: ни в какой дом я не пойду, а то при мысли об этом мне как-то неприятно становится, — ответила Иринка. На том и порешили.

На следующий день девушки вышли в фойе, где ждали их молодые люди. Они познакомились с Иринкой и вышли из здания. Подходя к одному из коттеджей, Еленин приятель предложил зайти в дом, чтобы просто попить воды. Елена стала уговаривать Ирину, и та в конце концов согласилась. Внутренне она чувствовала какую-то нечистоплотность, но внешне всё было пристойно, и она, как мальчик-с-пальчик из одноимённой сказки, решила внимательно присмотреться к планировке дома, куда им предстояло войти. Снаружи она только заметила вытянутость одноэтажного кирпичного здания. Ирина думала, что в этом общежитии, как и во многих других, внутри есть длинный коридор, а слева и справа — комнаты. Но не тут-то было!

Сразу, как только вошли в дом, она поняла, что все комнаты были сугубо смежными, то есть проход в последнюю комнату был сквозной. И действительно, пройдя насквозь здание, они упёрлись в последнюю миниатюрную комнату, которая имела более крепкую дверь, чем те, предыдущие. Окно было закрыто плотной шторой. Справа стоял диванчик, напротив двери вдоль стены стояли стулья, а перед ними — длинный стол. Также несколько стульев стояли и слева по торцу стола. Молодой человек держал Иру за руку, они подошли к столу. Он предложил ей сесть, сам устроился рядом. Кроме самой Елены и её кавалера, которые уже сидели за столом, сюда же подошли ещё несколько молодых людей. Дверь часто приоткрывалась, и в комнату с нескрываемым ехидным любопытством заглядывали всё новые и новые молодые люди. Включенную настольную лампу кто-то погасил.

Воцарилась темнота. Ирина думала, что это случайно, и быстро нажала на замеченную ею заранее кнопку. Но её молодой человек, наклонившись к её уху, тихонько сказал, что бояться нечего — это так шутят.

Ирина поняла, что она попалась в ловушку. Тогда она мгновенно и с благодарностью вспомнила свою театральную студию. Вибрируя всем телом, имитируя начало приступа, она предупредила своего «партнёра», что в санаторий она попала не зря, и у неё начинается приступ, который может закончиться летальным исходом, и их всех обвинят. С прикрытыми веками, касаясь его горячей руки своими уже холодными пальчиками, прерывисто дыша, она еле шептала полуживыми губами:

— Воздух, во-оз-ду-ух…

Молодой человек, сам побледнев, схватил её за руку, а потом за талию, и стал пытаться выйти из-за стола. На него стали кричать:

— Ты куда, а?

Но он, предчувствуя что-то ужасное, закричал громче всех:

— Да она из санатория, у неё начинается приступ, и она может сейчас умереть! Скорей, скорей на воздух!

— Привёл калеку! Кому нужен её труп! Забирай! — вопили, находясь в каком-то хмельном экстазе, молодые люди. А он бежал с ней через все комнаты, боясь, что кто-то схватит их и потащит назад. Выскочив на улицу, он начал трясти её и с дрожью в голосе спрашивал:

— Тебе лучше?

А она ещё дрожала всем телом, безжизненно склонив голову набок. Он прижал её к себе, чтобы унять эту невероятную дрожь.

— До-ве-ди до са-на-то-ри-я, — прерывисто дыша и как бы ловя ртом воздух, еле произнесла она.

— Конечно, конечно, миленькая! Конечно, провожу. Потерпи, сейчас дойдём, ведь здесь близко, — искренне испугавшись, проговорил он и плотно взял её за талию, чтобы ей было теплее. — Да ты поверь, я не хотел ничего плохого. Это они тут шутить задумали.

Остановившись около санатория, Ирина ещё продолжала имитировать приступ, а он, растерявшись и сбившись с толку, спросил её:

— Ну ты до палаты-то дойдёшь?

И вдруг, мгновенно преобразившись, обернувшись вокруг своей оси, Иринка весело и непринуждённо сказала:

— Конечно! Смогу! А теперь пошёл бы ты на хутор бабочек ловить, пока я не закричала, что ты ко мне пристаёшь! Понял?!

Парень опешил:

— Ты что? Ты это разыграла? А эти холодные пальцы? А я-то по-настоящему испугался. Ну и артистка! Ну и находчивая! Да прости ты меня, дурака! Спасибо тебе за такой урок. Ещё неизвестно, что там могло произойти. Прости, — сбивчиво говорил он, пытаясь заглянуть в её глаза.

— Да пошёл ты! — и она, щёлкнув каблучками, развернулась с военной выправкой и скрылась за дверью.

А Елена пришла только на следующее утро.