Оставила позиции

(1963 год)

Лидия Селягина

В то время я занимала активную жизненную позицию. Кроме основной работы и других занятий я являлась внештатным сотрудником милиции и членом оперативного отряда при РК ВЛКСМ, умела договариваться с людьми, чтобы предотвратить столкновения больших групп людей, где побеждала сила.

Да, я увлекалась этой стороной жизни, и я знала, что, когда могла убедить людей в ненужности этих сражений, конечно, на мою сторону переходили люди и в случае необходимости могли меня выручить своим предупреждением.

Но после моего участия в одной из программ на телевидении с бывшим секретарём Василеостровского райкома комсомола В. Калюжным меня приняли за более весомого человека, который является большой и откровенной помехой для совершения всяких дурных дел. И одна из групп решила облить моё лицо кислотой.

Но, как я уже говорила, благодаря моей справедливости многие из ребят мне симпатизировали. Поэтому я обнаружила в почтовом ящике предупреждение о том, что меня хотят облить кислотой. Да, я задумалась обо всём серьёзно. И я пришла к выводу, что временно или насовсем (жизнь расставит всё на свои места) надо отойти в сторону.

Но у меня здесь оставалась младшая сестра, которая имела со мной большую схожесть (особенно издалека). И я решила, что уеду жить в Белоостров, где есть наш семейный дом. Но перед этим я должна была сама предупредить эту большую группировку, чтобы они не тронули мою младшую сестру, которая была младше меня на шесть лет и к такой деятельности не имела ни какого отношения.

В этот вечер я больше никуда не выходила, решив, что завтра выходной день и во второй половине дня я побываю у них на очередной сходке и объявлю о своём отбытии. С этой мыслью мы и устроились спать с сестрёнкой и братом.

Но в 6 часов утра к нам в квартиру был невероятно длинный звонок, как будто кто-то за кем-то гонится.

Выяснилось, что это звонили девушка Лариса со своей мамой, они живут на третьем этаже по нашей лестнице. Вчера, около двенадцати часов ночи, её задержали в парадной, на площадке первого этажа. Сразу же погасили свет и действительно хотели облить её кислотой. Но, слава Богу, что кто-то из парней (их было человек пять) крикнул:

— Подожди! Это не она! У Лидки косы чёрные.

А у Ларисы тоже были роскошные длинные косы, но они были рыжеватыми.

Включили свет, убедились, что это не я, снова выключили свет и сказали ей:

— Тебе повезло. Иди.

Её ноги заплетались, руки дрожали, голова — как в тумане. Она не помнила, как добралась до своего этажа, а когда мама открыла ей дверь, упала без сознания. Так они и не спали до утра, а в 6 часов утра пришли просить меня, чтобы я оставила здесь всё и уехала за город. Я показала им записку и сказала о своём решении.

В этот же вечер, побывав у группы молодых людей и объявив им о моём отъезде, я уехала в Белоостров.