Жили-были конюх и дворник

(1980 год)

Лидия Селягина

У нас в Парголово недалеко от платформы стоял деревянный дом — от поселкового Совета. Жили в нём сотрудники станции при коммунальной квартирной системе.

Жили здесь и конюх с дворником — муж и жена. Оба худенькие, небольшого роста, а конюх — ещё и заросший чёрной щетиной.

Приезжая из Сестрорецка в Парголово, прежде чем направиться в отделение или в школу, я всегда сначала направлялась в буфет при станции, где узнавала все последние новости.

Так и в этот день, утром третьего мая, я заглянула в буфет. Меня сразу атаковали сотрудники буфета. Они мне сообщили, что у дворника Гали с конюхом появился малыш, ему уже, наверное, около месяца.

— Так надо их поздравить! —сказала я.

— Но ведь мамы Гали нет дома уже три дня. На втором этаже соседи услышали, как без конца плакал ребёнок. Одна соседка заглянула туда — и после этого все эти дни ходит его кормить. Она ждёт не Галю, а Вас. Лежит он на полу на чёрных подстилках. А мамы нет.

Я здесь же, из буфета, позвонила начальнику отделения и попросила выделить машину, чтобы госпитализировать малыша. Машина подъехала, и мы пошли за дитём.

В большой светлой комнате не было даже спального места — ни у малыша, ни у взрослых. На полу в левом углу были широко разостланы одеяла чёрных цветов, никаких белых простыней, а сверху всё было закрыто чёрным одеялом, грязным, как будто им протирали засаленные колёса.

Когда мы с водителем вошли в комнату, нам показалось, что там никого нет. Мы присмотрелись: показалось, что под одеялом кто-то замер. Водитель предложил проверить, кто же там, и стал подходить к спальному месту.

Из-под одеяла вылез конюх. Он направился к двери, ответив мне кивком головы на приветствие, и сказал только одну фразу: «Заберите его».

Что там было под одеялом? Пытался ли он заставить малыша замолчать или просто от жалости прижал к себе? История умалчивает.

Водитель передал мне малыша в машине, и мы поехали.

В первой больнице его перепеленали, и я попросила для него бутылочку с водой. Но в приёме отказали. В следующей больнице дали рожок с грудным молочком. Но младенец сначала даже не притронулся, а потом, как только понял, что это молоко, — прицепился так, что я еле оторвала его от этого рожка. Но и здесь нам тоже отказали в госпитализации, зато подсказали дежурную больницу. Приехав туда, мы тоже не увидели радостной встречи. Я предложила дать письменный отказ для предъявления в прокуратуре.

Ну, после этого малыша взвесили, искупали, перепеленали, дали рожок с молоком, я расписалась за оставленного ребёнка, и мы уехали, оставив дитё в новых условиях.

Через два дня после этой истории я встретила на лавочке возле станции маму Галю. Я знала, что она очень хотела меня увидеть, и подсела к ней на лавочку.

— Зачем, зачем ты отняла у меня дитё?

— Галя, но ты же знаешь, что я отвезла малыша в больницу для того, чтобы он без тебя не погиб. Знаешь, Галя, если бы я этого не сделала, меня бы не поняли люди, которые живут рядом. Ведь как только я вышла из электрички, приехав из дома, люди с другой платформы уже махали мне руками. Миленькая, никто же не знал, где ты и что с тобой. Оставляя малыша в больнице, я ничего плохого о тебе не написала и не лишила тебя родительских прав. Действуй, а то получится, как с первой малышкой. Её тогда быстро удочерили, потому что родилась здоровенькой. Так и этот хлопец — тоже здоровенький. Галя, попробуй, если сильно захочешь, то всё получится. Так, молоко ещё не пропало?

— Нет.

— Ну так в чём дело? Давай вытирай слёзы, приводи себя в порядок и первое время поезди туда кормить его. А я сейчас напишу в больницу просьбу разрешить тебе общение с ребёнком, тем более его кормление. Мы составим все бумаги, и всё будет в порядке. Да, у меня здесь есть возможность приобрести для вас списанную, но чистую мебель: две кровати (взрослую и детскую) и стол. Комната-то у вас сейчас большая и светлая. И постельное соберём, всё будет в порядке, только сама не подведи да не появись там выпивши: вот здесь будет стоп-кран!

— Да что ты, я уже давно даже иногда не выпиваю. Я сейчас всё время чувствую большую слабость.

— Да, я вижу, что ты очень похудела. За это время ты обратись к вашему участковому, и я с ней по телефону переговорю, может, госпитализируем тебя для обследования, подлечат немного. Так что не горюй, держись, и я пока рядом.

— Спасибо, большое спасибо, Лидочка Дмитриевна. Я пойду собираться, а завтра с утра зайду к Вам за разрешением на посещение сыночка. Ещё раз спасибо и до свидания.