Новенький в интернате

(1978 год)

Лидия Селягина

Из совхоза «Пригородный» в инспекцию по делам несовершеннолетних пришла худенькая пожилая женщина и сквозь слёзы рассказала мне о своей беде.

Уже давно у неё умерли дочь и зять. Остался их сынок. Сначала она справлялась с ним, и всё было хорошо. Но недавно она заболела, сильно похудела, её преследует слабость, врач предложила госпитализацию.

— Вы знаете, Лидия Дмитриевна, внук перешёл в пятый класс и плохо слушает меня, считает себя взрослым. Я решила отказаться от опекунства, как теперь говорят, в пользу государства. Я думаю, что вряд ли я стану сильной и здоровой.

В итоге я договорилась об интернате за Володарским мостом. Конечно, от Парголово далеко, но ведь в то время был учебный год. Да и мальчик оставался там с ночевкой.

Переговорив с Сашей, я поехала с ним в интернат, пробыла с ним целый день. Сказала, что буду навещать, а когда бабушка поправится, приедем вместе с ней. Поговорила с директором интерната, воспитателем и всем дала свои координаты. И, конечно, координаты я дала Саше. Он мог мне позвонить в любой момент.

Ну вроде всё неплохо. Я несколько раз звонила классному воспитателю. Она сказала, что Саша хорошо вписался в коллектив.

И вдруг я встретила бабушку, которая шла ко мне. Оказывается, бабуля стала чувствовать себя лучше и решила навестить внука. Но — о ужас! Она его там не обнаружила. Ни учителя, ни воспитатели ничего не могли ей сказать. Только успокаивали её, что он обязательно найдётся.

И я обещала поехать в интернат на следующий день. Оказалась я там во время уроков. Посмотрела по расписанию уроков, в каком кабинете находятся ребята пятого класса. Оказалось, что в классе присутствуют только двенадцать человек.

Убедившись, что Саши среди них нет, я обратилась к директору и попросила показать журнал этого класса. По списку в журнале было 25 человек.

— А где же остальные? Может, они больны и находятся в изоляторе? Так я их навещу, — предложила я директору.

Выяснилось, что дети этого интерната разбегаются не только внутри города, но и за его пределами. А дети пятого класса сосредотачивались в доме одного из них. У него был старший брат, который учился в этом же интернате в восьмом классе. Их мама была лишена родительских прав и в квартире не проживала. А отец был болен туберкулёзом и направлен на несколько месяцев в санаторий, чтобы позже смог жить с детьми. Ключи от квартиры он оставил своему старшему сыну.

У ребят была создана своя коммуна. Старшие подбирали худеньких младших ребят и обучали их, делая форточниками или карманниками. Отсутствие на занятиях не было постоянным: старшие координировали посещение уроков, следили за выполнением домашних заданий, а форточники и карманники приносили свой доход. Директор интерната и воспитатели не знали о причине периодического отсутствия учеников и поэтому не сообщали об этих фактах родителям и высшему рукводству.

В тот день я сначала познакомилась с участковым инспектором по делам несовершеннолетних и с участковым инспектором по взрослому населению их территории и оставила им официальную просьбу и адрес, где необходимо было организовать дежурство, чтоб задержать ребят на месте.

Всё подтвердилось, а директор школы, воспитатель и руководство территориального отделения написали мне по месту работы общую благодарность. А главное — что ребята пока никуда не убегают.