От Ленинграда до Арзамаса

(1982 год)

Лидия Селягина

Я очень долго не задумывалась о значении телепатии в нашей жизни. Но привычка сначала задать себе вопрос: почему? — прежде чем обидеться на непонятные мне действия человека и попытаться найти причину такого поведения — привела меня к некоторым открытиям.

По роду работы мне частенько приходилось возвращаться домой последней электричкой, которая приходила к нам около двух часов ночи. В любое время года в наше непростое время это не самая удачная пора для передвижения в одиночестве. С одной стороны, в таком режиме и не первый год я жила по своей инициативе, и мне очень нравилась моя работа. А с другой стороны, возвращаясь домой по пустынным улицам, да ещё через парк и к берегу залива, где был расположен наш домик, я с недоумением пыталась понять, почему муж не встречает меня хотя бы дома. Обычно, когда я подходила к нашему домику, в его окнах уже не горел свет, все спали. Наверное, можно было бы сослаться на эгоизм мужа и большую нелюбовь к ночным улицам. Мне не хотелось обвинять его в этом, и я взвешивала все «за» и «против».

Однажды в конце вечерней смены муж позвонил мне на работу, в голосе чувствовалась какая-то тревога:

— Что ты там засиделась? Опять последней электричкой? Ведь могла бы и пораньше закончить.

— Послушай. Дома всё в порядке? — спросила я.

— Да. Смотри, чтобы у тебя всё было в порядке.

Его волнение невольно передалось мне, и я была готова ко всякой ерунде. В электричке ко мне беспардонно пристал мужчина, но я сумела его разговорить, к нашему разговору привлекла ещё двух молодых людей и смогла выскочить из вагона в самую последнюю минуту. Шагая по аллее через парк, я уже издалека увидела свет в нашей комнате.

— Надо же, — размышляла я, — видимо, человек, духовно связанный с близким ему человеком, чувствует приближающуюся опасность. И зарождавшаяся во мне обида на мужа за невнимание ко мне угасла.

Но однажды в ноябре месяце он пришёл с работы и сообщил, что на следующий день уезжает в командировку, а именно в Арзамас, за медицинской машиной скорой помощи для дома ребёнка. Я уточнила у него, с напарником или один. Но он ответил, что напарник хоть и имеет билет на поезд, но сегодня очень плохо себя чувствовал, а поэтому ещё ничего не известно.

И я решила, что буду поддерживать мужа на расстоянии. А именно, представляя его образ перед собой; и на всякий случай положила себе во внутренний карманчик фотографию. Это на тот случай, если вдруг с прикрытыми глазами я не смогу представить перед собой его лицо. Как ни странно, бывает и такое, но, чтобы всё-таки представить перед собой образ, надо взглянуть в глаза на фото. Первые двое суток всё было благополучно, и на душе спокойно.

Наконец он позвонил мне, что машину получит на следующий день, во второй половине. Напарника нет, и машину погонит один. Я сказала ему, чтобы берёг свою энергию, а где-то с трёх до пяти утра пусть остановится где-либо в каком-нибудь центре. Было уже часа два ночи, мне очень хотелось спать, но я понимала, что во сне я могу потерять чувствительность к происходящему на таком большом расстоянии от меня. И я, уже находясь в кровати, обратилась к небесам: «Господи, подтолкни, надоумь, вразуми, наведи на мысль верную, на решение правильное…» — и погрузилась в сон. Вдруг подскочила на кровати от мощного удара в бок и перед закрытыми ещё глазами увидела своего мужа, заснувшего за рулём, а машина через мгновенье могла сорваться с обрыва. Я с неожиданной, мощной для себя силой, сконцентрировав в себе всю энергию, закричала: «Сто-о-о-о-й!!! Спи-и-и-ишь!!! Сла-а-а-а-ва-а!!! Сто-о-о-о-й!!!» И я увидела, как зависшая над обрывом машина стала отползать влево и остановилась окончательно, как вкопанная, а муж сидел с широко открытыми глазами, вцепившись в руль.

Я никогда не была в Арзамасе, но здесь отчётливо увидела необычный для наших городов рельеф и обледенелые дороги; кое-где вдоль дороги протянуты канаты, чтобы люди могли увереннее передвигаться по дорогам.

Когда я поняла, что Бог подтолкнул меня, и я вовремя успела спасти мужа, то прониклась благодарностью к небесам и благодарила Бога за всё, что произошло. Здесь я почувствовала покой и безумную усталость и снова погрузилась в безмятежный сон.

Когда муж вернулся домой и начал рассказывать мне о чуть было не случившемся несчастье, то во время рассказа смотрел на меня с удивлением и недоумением.

— Ты знаешь, я никогда не верил в то, что так бывает. Но разбудила меня ты. Ты так мощно кричала мне на ухо, что я, не задумываясь, выполнил твою команду.

— И это правда. Только с Божьей помощью можно докричаться из Ленинграда до Арзамаса, — ответила я.