Раствориться в «Рунеже»…

Тамара Гусарова-Матвеева

Часть 1

Кто и в какое время пришёл в литературное объединение «Рунеж» за десять лет его существования — вспомнить теперь непросто. Лишь о себе знаю точно: явилась в первый день открытия! Весной 2001 года.

Изначально для дилетанта посещать несколько объединений — в порядке вещей. В конце девяностых занималась во Дворце культуры моряков (клуб «Маяк») у Норы Яворской — встреча со знаменитостью Петербурга. Затем — в «Пути на морях» у Вячеслава Кузнецова, а тут Диана Петровна и Пётр Камчатый организовали лито «Рунеж» почти рядом с домом — куда и хлынула пишущая и живущая рядом братия, в том числе и я. За полгода в коллективе насчитывалось около двадцати пяти участников: Таисия Азизова, Галина Смочкова, Елизавета Сныткина, Татьяна Никифорова, Наталия Бычкова, Галина Тычина, Зинаида Коннан, Татьяна Граве и другие. Позднее всех нас обрадовала своим приходом композитор Ирина Морозова-Оренбургская и со свойственной ей энергией любви начала сочинять романсы и песни на наши стихи! Нам несказанно повезло: воистину — соловушка!

Для кого как — не знаю, а вот для меня чтения стихов по кругу — сущие мучения: лишний раз обращать на себя внимание не очень-то хотелось, а всё же приходилось… Если посещать несколько кружков, то на занятиях, как правило, появляешься не часто, ходишь, что называется «через пень-колоду»…

По традиции в субботние дни устраивались творческие вечера литовцев — это своего рода отчёт о проделанной работе. Шесть лет оставаясь в тени — довольствовалась выступлениями коллег, радуясь тому, как они мастерски читали свои вирши. И однажды, когда формировался список выступлений для нового сезона, рассекретив моё желание в очередной раз отсидеться в углу, член нашего литобъединения Лидия Селягина резко прервала мои причитания:

— А лет-то тебе сколько?

— Пятьдесят пять…

Хотя молчание с обеих сторон несколько затянулось, однако заметно прояснило ситуацию… Я премного благодарна Лидии за то, что в очередной раз не оставила меня в покое, и наша дружба продолжилась. У неё — замечательные стихи, начала писать их в юном возрасте, и теперь их количество перевалило за тысячу!

Так по горячим следам разговора — мой первый выход. В выставочном зале библиотеки на Ленинском проспекте акустика великолепная, среди зеркал и картин, мы с Надеждой выступили замечательно, слаженно. Более того, мне удалось рассмешить присутствующих, а кое-кто успел заметить вспышку таланта, который так и рвался наружу…

Всего-то — двадцатиминутное дрожание рук и ног, а привели некоторых в восторг. Майя Петровна Лейвикова (Суворова) даже предложила отрывок из книжечки «Психология женщины», с эпизодом про пекарню, напечатать в своём журнале. Для начала — вовсе неплохо, это ли — не маленький успех?

Тебя все поздравляют, обнимают, сыпят добрые пожелания, и в какой-то момент их лица становятся милыми и родными — словно «Рунеж» растворился в тебе, а ты — в «Рунеже», ведь «Рунеж» означает «русская нежность» — пояснила она же, Надя Ораевская, — поэтому — раствориться в нежности!..