Ни фига себе поездочка!

или

Отдых по-миллионерски

Ал.Боссер

Глава 7

Я тоже целовала всех без разбора. Ленка умирала от ревности, но я поймала Кента, и ему пришлось лизаться со мной минут пять. Кстати, почему пришлось? Уверена, ему не было неприятно!

А ночью, как Пупс и обещал, мы вернулись на яхту.

Естественно, первым нас встретил визжащий от нетерпения Майкл. И опять, естественно, он бросился ко мне, гавкнув остальным вежливости ради. Я всласть натеребила ему уши и нацеловала в нос. Он слизал мне и косметику, и слёзы.

В каюте я сразу побежала в душ. Потом потребовала романтический ужин. Кот сообщил, что скоро утро, а я возразила, что мне пофиг, хочу романтический ужин!

Кот пошёл добывать антураж.

Я достала из чемодана красивое кружевное бельё. Это мой вклад в романтический ужин. Полюбовалась на своё отражение в зеркалах. Решила, что нормальная секс-ориентация мне всё же как-то ближе… Кота не было.

Я сделала второй круг. Прорепетировала самые завлекательные телодвижения… Кот не возвращался.

«Вот скотина!» — возмущаюсь мысленно и, как есть, в кружевах выхожу из каюты.

Вообще, далеко я идти и не собиралась. Но чего не ожидала точно, это того, что практически нос к носу столкнусь с братцами-водолазами.

— А мы как раз за тобой! — сообщил один из них (я их всё время путала).

Меня почему-то не удивило, что они пришли за мной, я им даже обрадовалась. Как же — соратники всё же!

Они подхватили меня под руки с двух сторон и, не успела я ничего подумать, буквально внесли в салон.

В салоне было темно, но вот послышался шорох, щёлкнул выключатель, и если бы сейчас небо обрушилось на землю, я поразилась бы немногим больше.

За столом сидел и весьма нагло улыбался мне господин Синльон.

— Привет, милая! — поприветствовал он меня на чистейшем русском.

Хорошо, что водолазы продолжали меня держать. Я точно бы рухнула в обморок. Всё вокруг меня закачалось.

Воображение у меня — будь здоров. Но никогда оно ещё не трудилось с такой скоростью. В пару секунд я представила себе штук тридцать всяких вариантов.

Хотя, в общем, суть сводилась к одному: эти грёбаные водолазы — предатели, на яхте измена, все убиты, и сейчас будут убивать меня. Я остолбенела практически в прямом смысле этого определения!!!

Один из предателей перехватил меня за обе руки — пошевелиться невозможно. Это простого мужика я вырублю на раз. А против таких амбалов у меня шансов — ноль!

Второй гад в это время завязал мне глаза. (Рот не затыкают, значит, кричать бесполезно!)

Мне слышатся какие-то шорохи, шепотки и даже хихиканье. Я, естественно, решаю, что это ангелы прилетели за моей душой и сейчас перешёптываются, ожидая, когда эта душа покинет красивое молодое тело.

На то, что хотя бы изнасилуют перед тем как прикончить, надежды нет! Эти гомики лишают меня даже этого. Нет! Ну почему в свои последние секунды я думаю про всякую фигню? Хотя, а про что мне сейчас думать?

— Готово! — сказал один из моих палачей.

Меня отпустили, и я теперь стояла посреди салона в бессмысленных теперь уже кружевах и с повязкой на глазах.

— Да сними ты повязку! — насмешливо предлагает один из водолазов. (Вот как им не терпится покончить со мной!)

Медленно стягиваю повязку, из последних сил решив, что постараюсь умереть достойно. Хотя то, что я про них думаю, конечно же, скажу. Во всяком случае, сколько успею.

Всё! Отбрасываю повязку в сторону, набираю в лёгкие воздух для своего финального монолога и…

— Сюрприз!!!

Со всех сторон меня окружает вся наша ватага!

— Прикольное бельишко! — ехидничает Виолетта. — На распродаже брала?

Я вижу всё происходящее как в сюрреалистическом сне. Никак не пойму, злится мне, плакать, смеяться, устроить истерику, дать кому-нибудь в морду… в общем, вариантов столько, что так сразу и не выберешь лучший. А может, я просто в ступоре?

Все ржут, все меня тискают, а я думаю: вот был бы позор, если бы я начала валяться на коленях и молить о пощаде!

Когда страсти несколько улеглись, меня усадили во главе стола, на место Пупса, и не просто рассказали, а торжественно сообщили, что всё это был просто розыгрыш!

Розыгрыш это был, мать моя женщина!!!

— Ну ты же сама искала во всём подвох! — давился довольным смехом Пупс. Вот мы тебя и разыграли!

Я в этот момент думала, что накрылся медным тазом мерс, который я намеревалась потребовать за своё участие в операции.

Господин Синльон, конечно, не был никаким Синльоном! Это ещё один из многочисленных друзей Пупса. В ресторане том всем присутствующим заплатили столько, что я могла бы жахнуть из базуки — и мне бы ничего за это не было! Короче, все живы-здоровы. А главное, моя совесть чиста, никто из-за меня не погиб и не похищен!

В общем, решаю не обижаться и с удовольствием разделяю всеобщее веселье.

Уже в своей каюте заявляю Котику:

— А знаешь, я совсем не в обиде! Даже лучше, что вы не шпионы! И что никого не убивали и не похищали!

Котик уложил меня в постель.

— Иди сюда, я соскучилась чертовски! — зову его.

— Девочка моя! — Котик сейчас просто сама нежность. — Я на пару минут должен заскочить к Пупсу. Если уснёшь, обязательно разбужу, так и знай!

— Обязательно! — бормочу сонно. — Только попробуй не разбудить.

Меня ласково обволакивает сладкий туман.

«Здорово, что всё оказалось просто розыгрышем. Ох и страху натерпелась! А интересно, почему они всё же настаивают, чтобы я не упоминала настоящих имён и не называла стран, в которых мы побывали. И нога у Виолетты действительно же разбита. Ой, ну какая разница. Чего я такая мнительная!»

Последнее, что думаю, прежде чем окончательно провалиться в приятный сон: «О! Я знаю, как назову свои путевые заметки. Назову так: “Ни фига себе поездочка, или отдых по-миллионерски”. Да! Это то, что надо!»

P. S.

В это самое время в каюте того, кого наша героиня назвала в своём рассказе Пупсом, собрались остальные участники всех вышеописанных событий.

— Ну что, — спросил Пупс у Кота (будем и мы их так называть), — Алина ни о чём не догадалась?

— Всё нормально! — Кот вздохнул с облегчением. — Алинка даже рада, что так обернулось.

— Она хоть и блондинка, но не полная же дура! — ехидно заметила Виолетта.

— Алинка совсем не дура! — возмутился Кот.

— Большого ума я у неё что-то не зафиксировала! — гнёт своё Виолетта.

— Это у вас взаимно! — огрызается обиженный за свою подружку Кот.

— Виолетточка! — укоризненно сказал Пупс. — Зачем ты так?

— Да ладно! — махнула рукой Виолетта. — Спасибо ей, конечно. Не вовремя я с ногой этой… А она всё натурально сделала!

— Особенно с салатом! — хмыкает Пупс.

— Я же говорил, она нам может пригодиться! — гордится Кот.

— И спать веселее! — подкалывает Виолетта, но на этот раз беззлобно.

— Не зря двойника готовили! — констатировал серьёзный по обыкновению Кент. — Я сам нашего Влада мельком с этим Синльоном спутал бы!

— А голос? — взволнованно спросил Пупс. — Голос-то не очень похож.

— Спокойно! — успокоил Кент. — Синльон говорил по-английски, Влад — по-русски. Алинка и тогда, и сейчас волновалась дико. Наверняка она ничего не заметила.

— Всё равно, — нахмурился Пупс, — завтра Влада высадим в первом порту. Надёжней будет.

Ну, а настоящий Синльон в это время скучал в трюме яхты. Его доставили по назначению без проблем.

Но Алина про это никогда не узнала.

Поэтому и написала свои легкомысленные путевые заметки, которые назвала «Ни фига себе поездочка, или отдых по-миллионерски».

Мне кажется, и у вас теперь точно такое же впечатление…

Пара слов от автора

Примерно год назад израильские спецслужбы арестовали солдатку К. Она служила при генштабе и ухитрилась похитить чипы с тысячами!!! секретных и совершенно секретных документов.

К. успела передать эти документы журналисту газеты «Г…». Его тоже задержали, но не сразу. Поэтому некоторые секретные сведения успели просочиться в прессу.

В частности, в одном документе говорилось, что осенью 20.. года в закрытую психиатрическую клинику были тайно доставлены две молодые женщины. Обеим примерно по 25 лет. Каждую из них сопровождали по два агента службы внешней разведки.

Врачи отмечают, что обе женщины были чрезвычайно красивы и у обеих был сильнейший нервный срыв. Агенты, сопровождавшие женщин, не оставляли своих подопечных ни на секунду. Все процедуры врачи проводили под их присмотром. Врачам запрещалось задавать пациенткам вопросы личного характера…

Всё вышесказанное взято из средств массовой информации. Автор не настаивает, что это событие и её «путевые заметки» как-то связаны.