Мир, который создал я

Борис Хантаев

Вы верите в сказки? В добрые небылицы из детства? Хотя что это я? Если вы в них верите, то они совсем не небылицы. Если да, то я рад за вас, вам повезло. В сказки нужно верить, пусть не всегда всерьёз, пусть немного в шутку, но нужно, ведь они всегда заканчиваются хорошо. А вот Богдану Безбожному повезло куда меньше, чем вам. Он был писателем и не верил в истории, написанные Братьями Гримм или Шарлем Перро. Он верил лишь в романы, которые писал сам, грустные, трагические произведения, в которых не было ни капли добра, ни капли надежды. Героями его книг были люди с весьма трудными судьбами, люди, которым не повезло. Самое обидное, что эти книги покупали, они пользовались спросом, куда большим, чем добрые истории начинающих авторов. Читатели рыдали над романами Безбожного, превращая его книги в бестселлеры. Сам автор таких книг, как и его герои, был несчастлив. Деньги не доставляли ему столько радости, сколько могли бы доставлять. Богдан стал отцом-одиночкой, когда его жена погибла в автокатастрофе, после чего он и начал писать свои драмы, ведь в нём больше не осталось веры в добро. У него было четверо детей: старшей дочери десять лет, а вот младшенькой — всего три. Старшему сыну — семь, а младшему — шесть. Он безумно их любил, вот только справиться со всеми не мог. Бог наградил Богдана очень капризными детьми, и это ещё легко сказано. Эти четверо сорванцов просто не признавали никаких нянь. При появлении посторонней женщины в их доме они устраивали настоящий ураган, и это в прямом смысле слова. Поэтому отцу всегда приходилось самому присматривать за детьми, что, кстати, сильно сказалось на его личной жизни, которой у писателя просто не было. Но, кажется, мы отошли от прямой темы моего повествования. Это история в первую очередь о сказке, которая стала реальностью, а потом стала… Но об этом чуть позже.

Итак, всё начинается в обычном московском метро, в которое и спускается наш герой, одетый в длинное чёрное пальто и серые джинсы. Со стороны Безбожный выглядит как среднестатистический житель Москвы. Его кудрявые волосы, которые развеваются на ветру, и прямоугольные очки не выдают в нём писателя, хотя, наверное, трудно сказать, как должны выглядеть создатели книг. Богдан, который после смерти жены просто на дух перестал переносить наземный транспорт, ждал поезда. Мысли о том, чтобы поехать на такси или самому сесть за руль личного автомобиля, вызывали дрожь и безумный страх. Богдан был уверен: стоит ему воспользоваться транспортом на четырёх колёсах, как с ним обязательно что-нибудь произойдёт, и тогда его дети станут сиротами. В кармане джинсов у Безбожного находилась флэшка с новым романом, который он вёз своему издателю. Очередная трагическая история о девушке из Индии, которая случайно оказывается в Москве, в городе, который её убьёт. Смерть главной героини была стандартным сценарием всех книг Безбожного. Но сейчас Богдан думает не о своём новом творении, он думает о детях, о бедной соседке, что на свой страх и риск согласилась за ними присмотреть — и это за несколько дней до Нового года, когда большинство жителей Москвы только и делают, что готовятся к грядущему торжеству. И вот, когда поезд уже подъехал на нужный путь, раздаётся крик. Многие романы писателя Безбожного, кстати, так и заканчиваются: раздаётся чей-то крик, а читателю только и остаётся, что думать, что же там всё-таки произошло. Но эта история только начинается.

Крик, что разнёсся как гром среди ясного неба, чуть ли не на всё метро, принадлежал молодой девушке, которая появилась словно из воздуха. Одетая в одно синее ситцевое платье, в больших деревянных башмаках, эта брюнетка мигом приковывает к себе внимание окружающих. Кто-то громко вздыхает, кто-то произносит: «О боже!» Но и те и другие быстро теряют к незнакомке интерес: впереди Новый год, и у всех много дел, так что люди просто садятся в прибывший поезд и практически сразу забывают о девушке, что появилась из воздуха. Это Москва, а разве таким москвичей удивишь? Вот если бы в метро появился Дима Билан, пусть даже не в ситцевом платье, а в дорогой шубе из лисы, то наверняка люди бы ещё долго обсуждали это явление и вряд ли так скоро поспешили бы со станции. Но мы все разные: кого-то удивляет «звезда», а кого-то заинтересовывает необычная девушка, одетая в столь странный наряд, да так заинтересовывает, что этот кто-то напрочь забывает о прибывшем поезде, который уже вовсю направлялся к следующей станции. Этим кем-то и был наш писатель.

Богдан никогда не знакомился с девушками на улице, а тем более в метро. Но сейчас его просто тянуло к этой таинственной незнакомке, что в ужасе осматривала московский метрополитен и выглядела такой беззащитной. Не знаю, решился бы Безбожный к ней подойти или просто так и таращился бы на неё до прибытия следующего поезда, если бы девушка не подошла к нему сама. Вблизи незнакомка выглядела безумно бледной, таких бледных людей писатель ещё никогда не встречал. «Возможно, всему виной холод», — решил в тот момент Богдан, ведь он не мог даже предположить, что девушка выглядит так всегда.

— Вы не могли бы мне сказать, где я сейчас нахожусь? — голос девушки дрожал, а её большие карие глаза с испугом осматривали писателя.

— В метро, — произнёс Богдан, а после секундной паузы добавил: — Где вся ваша одежда? С вами что-то произошло?

Девушка не спешила отвечать, она продолжала осматривать то писателя, то метро, и каждый раз её глаза изображали то новое удивление, то новый испуг.

— Моя одежда на мне, — застенчиво сказала она.

Богдан, который явно ожидал немного другой ответ, пришёл в замешательство, поэтому ничего умнее, чем спросить:

— А вам не холодно? — не нашёл.

Девушке было жутко холодно, и она даже начинала дрожать, но всем своим видом почему-то старалась это скрыть:

— Разве что совсем чуть-чуть.

Писатель, который внезапно забыл о флэшке и своём издателе, решил, что с девушкой произошло что-то очень страшное, настолько жуткое, что её история вполне может стать новым сюжетом для его будущего бестселлера.

Он с ног до головы осмотрел незнакомку, заострив своё внимание на красном банте, торчавшем у неё из волос, который выглядел очень смешно и совсем не к месту.

— Здесь рядом есть магазин одежды, думаю, там вы сможете себе подобрать что-то по погоде, а по дороге вы мне расскажете, что же с вами всё-таки произошло.

— Я с вами никуда не пойду, пока вы не представитесь и не скажете, как вас зовут! — в доказательство своих слов девушка топнула своим деревянным каблуком, а руки сложила на груди. Её глаза всё ещё выражали испуг, но сейчас он смешался с упорством и стойкостью.

От такого поведения девушки на лице Безбожного появилась улыбка, которую он тщательно пытался скрыть, чтобы незнакомка не подумала, что он смеётся над ней.

— Меня зовут Богдан, и я писатель. Теперь ваша очередь назвать своё имя.

Услышав ответ мужчины, незнакомка принялась скакать от радости и хлопать в ладоши, из-за чего привлекла к себе ещё больше внимания новых зевак. От испуга на её лице ни осталось и следа, девушка просто светилась от счастья, словно все её недавние проблемы были мигом решены.

— Я — Белоснежка, — с улыбкой и немного по-детски произнесла девушка, после чего, приподняв подол своего платья и обнажив голые ножки, поклонилась писателю, который впал в ступор — то ли от вида сексуальных коленок незнакомки, то ли от её поведения.

— У вас, видимо, были очень злые родители, раз они так назвали свою дочь, — наконец придя в себя, произнёс Богдан, который на секунду представил, как тяжело девушке приходилось в школе с таким-то именем.

— Моя мама умерла при родах, и я совсем не знала её. Но уверена, она была очень доброй женщиной. Мой отец совсем не злой, а вот его новая жена, — на секунду незнакомка замолчала, собираясь с мыслями, будто то, что она хочет сказать, принесёт ей жуткую боль. — Его новая жена, моя мачеха, она хочет меня убить, — лицо Белоснежки на мгновенье перестало излучать былую радость, но лишь на мгновенье, чтобы потом снова засиять с ещё большей силой. — Но теперь ведь всё будет хорошо, не так ли, создатель миров?

Писатель не знал, что сказать, ведь откуда ему знать, будет всё хорошо или плохо? Не знал он и о том, почему незнакомка зовёт его создателем каких-то миров, ведь он всего лишь писатель и даже не фантаст. Единственное, что он знал, так это то, что его сердце при виде девушки ускоряет свой ритм, и ему действительно хочется ей помочь, правда, он пока не знал, как. Конечно, Богдан думал и о новой книге, которую с помощью девушки он мог написать: история о том, как мачеха пытается убить свою приёмную дочь, могла бы понравиться его поклонникам, а благодаря небольшой надписи из четырёх слов «Основано на реальных событиях» это произведение стало бы настоящим бестселлером.

— Белоснежка, — взяв девушку за руку и заглянув в её карие глаза, произнёс Безбожный. — Я постараюсь вам помочь, а сейчас нам нужно идти в магазин, ведь даже мне уже становится холодно, — наконец-то мужчина улыбнулся, не пытаясь это скрыть. И девушка улыбнулась ему в ответ, по-настоящему и искренне. Так, держась за руки, они и покинули метро.

Оказавшись на улице среди городского шума и проезжающих по дороге машин, Белоснежка пришла в ужас, её и так большие глаза округлись и со страхом взирали на Москву. Девушка встала как вкопанная, не в силах куда-либо идти. Её глаза провожали один автомобиль за другим. Воздух, что был пропитан выхлопными газами, сдавливал грудь таинственной незнакомки, ей становилось тяжело дышать. Смог Москвы отравлял Белоснежку, зрачки которой стали закатываться вверх.

— Что случилось? — не понимая и дёргая девушку за руку, спросил Богдан.

— Ваше метро — это злая параллельная реальность сказки, я хочу скорее домой, — на глазах девушки выступили слёзы, а затем она потеряла сознание, упав на асфальт.

То, что произошло в следующую секунду, Богдан будет вспоминать, как страшный сон. Какая-то женщина, стоявшая через дорогу от писателя, внезапно заметила, как Безбожный пытается поднять с асфальта девушку, одетую в одно лишь ситцевое платье, да ещё при этом очень тонкое.

— О господи, насилуют прямо в центре Москвы! — прокричала на всю улицу женщина, не упустив возможности ткнуть пальцем в писателя с таинственной незнакомкой на руках. — Вы посмотрите, что творится, а ещё с виду порядочный человек, а насилует школьницу! — продолжала кричать, как сумасшедшая, женщина, при этом хватая за шиворот мужиков и указывая им в сторону потенциального насильника.

Белоснежка не была похожа на школьницу, скорее на студентку театрального вуза, но разве это имело сейчас какое-то значение? Богдан с ужасом смотрел на людей, в основном мужчин, которые уже бежали к нему. Именно в эту секунду перед писателем остановилось такси, где мужчина не совсем русской наружности произнёс:

— Садись, вожу насильников и убийц. Вожу всех, кто платит мёртвыми президентами или купюрами с тройкой нулей.

Богдан с ужасом смотрел на жёлтый автомобиль, стоявший сейчас перед ним, но с ещё большим ужасом он смотрел на мужиков, что с безумными глазами приближались к нему. Выбор у писателя был небольшой: либо остаться на растерзание толпы, после чего долго им объяснять, что он не насильник, а девушке хотел просто помочь, либо на свой страх и риск сесть в такси, которое, конечно, может перевернуться, взорваться или просто врезаться в стену. Безбожный выбрал свой страх и риск. Затолкав Белоснежку на задние сидения машины, писатель сел рядом с водителем, который, видя ситуацию, без промедления нажал на газ.

— Вах, красивая у тебя заложница, — смотря в стекло заднего вида, произнёс таксист.

— Я не насильник, я просто хочу ей помочь, — пристегнув ремень и немного дрожа от страха, произнёс писатель.

— Если не насильник, то зачем так нервничаешь?

— Я боюсь ездить в машинах, боюсь попасть в аварию, боюсь, что мы все скоро умрём, — обхватив своими руками колени, признался писатель, на что водитель стал звонко хохотать.

— Не бойся, пока за рулем Гиви, всё будет хорошо. У меня ещё никто не умирал, если не считать дядю Колю, но он уже был мёртвый, когда садился в моё такси.

Слова водителя нисколько не успокаивали Безбожного, который от страха даже закрыл глаза. Всё его тело начинало жутко потеть, а про себя писатель даже начал читать молитву, пусть в бога после смерти жены не верил совсем.

— Так куда всё-таки едем, не насильник? — не унимался Гиви, который внезапно стал ещё и петь: — Чёрные глаза, самые прекрасные, чёрные глаза.

Писатель, который не мог, сидя в автомобиле, нормально соображать, назвал адрес своего дома, даже толком не думая, как представит детям девушку в бессознательном состоянии.

Когда такси наконец-то доехало до места назначения, писатель отдал водителю тысячу рублей и, покинув ненавистный автомобиль, забрал таинственную незнакомку, всё ещё находившуюся в обмороке. Богдан уже стал задумываться, а жива ли девушка, которую он взял на руки и которую понёс в свою большую пятикомнатную квартиру, что находилась чуть ли ни в центре Москвы?

— Слава богу, вы вернулись, — говорит Марья Анатольевна, пятидесятилетняя соседка Богдана, которая сразу не замечает девушку, что находится на руках писателя. — А это кто, Богдан Сергеевич? — тяжело дыша и с неким неодобрением взирая на незнакомку, спрашивает женщина.

— Не важно, — произносит Безбожный и, отодвигая от прохода весьма крупную Марью Анатольевну, проскальзывает в квартиру. — А что значит «слава богу»? Что-то случилось? — в голосе писателя слышится испуг, ведь он лучше всех знал своих детей и знал, что способны они практически на всё.

— Даже не знаю, с чего начать, — пожимая плечами и многозначительно фыркая, говорит соседка, которую тут же перебивает детский визг, причём такой, что окна в квартире писателя начинают вибрировать.

— Папа вернулся! — кричит кто-то из дальней комнаты, после чего слышится топот аж восьми детских ножек, которые спешат в коридор на голос отца.

Думаю, стоит немного рассказать и о детях писателя, которые в нашей истории занимают не последнюю роль. Вообще без детей в сказке никуда, ведь именно для них она в первую очередь и пишется. Итак, начнём по возрастанию. Самой младшей в семье Безбожных была Таня, ей было всего три годика, и больше всего на свете этот ангелок любил рисовать, причём рисовать на бумаге любил, пожалуй, меньше всего. В будущем Таня наверняка станет грозой города, которая обрисует стены Москвы своими потрясающими рисунками, за ней будут гоняться полицейские, а она с баллончиком краски будет резво от них убегать. Но сейчас она мало выходит на улицу, да и баллончика пока у неё нет, поэтому Тане приходится тренироваться на обоях собственной квартиры, которые с каждым днём обретают всё новые и новые шедевры будущей художницы. Пойдём дальше. Максим, или, как он сам любит себя называть, приспешник дьявола. Максу шесть лет, и он гот — наверное, самый маленький гот за всю историю существования этой субкультуры. Он обожает одеваться во всё чёрное и поклоняться всему тёмному. Когда другие его ровесники играют в солдатиков, Максим вызывает демонов и устраивает спиритический сеанс.

Следующий в нашем списке Андрей, которому семь лет и который уже закончил первый класс. Закончил на «отлично», правда, по поведению за год получил «неудовлетворительно». Ну что тут сказать? Андрей — будущий революционер, не любит он правила, сковывают они его, вот он и стремится их нарушить, а ведь Андрей ещё даже не слушал панк-рок, который в будущем явно сделает из него ярого анархиста, который, возможно, освободит этот мир от системы, что заполонила нашу жизнь. Под номером четыре идёт Света, ей десять лет. В своём ещё совсем маленьком возрасте она уже успела стать настоящей принцессой, за ней бегают мальчики, а в будущем, думаю, звание «мисс Вселенная» ей обеспечено. Правда, Света, в отличие от своих сверстниц, да и девушек в целом, ждёт не принца на белом коне, а вампира на Вольво, красивого сексуального бледного парня, который при свете солнца светится, как бриллиантовое колье. Ну, вот так вкратце я и поведал вам о детях писателя, которые в полном составе собрались в коридоре и по-разному взирали на незнакомку на руках отца. Кто-то смотрел на неё с изумлением, кто-то с испугом, а кто-то с равнодушием, лишь Максим, любитель тёмных сил, смотрел на девушку с восхищением:

— Правда она мертва? Ну пожалуйста, папа, скажи, что она покойница и что ты отдашь её мне для моих тёмных опытов. Я вскрою ей плоть положу туда дохлую крысу, а затем зашью всё чёрными нитками. И кто знает, быть может, мне удастся вселить в её тело заблудшего демона, — произнёс маленький гот.

— Фу, какая гадость! — произнесла и многозначительно фыркнула Света, после чего посмотрела на писателя голубыми глазами, которыми наградила её мать: — Ведь эта девушка жива. Такие красивые девушки не должны умирать!

— Конечно, она жива, — пробормотал писатель и, проходя мимо детей, отправился в гостиную, где и положил Белоснежку на диван. — Во всяком случае, я на это очень надеюсь. — Богдан приложил два пальца к шее незнакомки и, почувствовав пульс, спокойно вздохнул: — Дети, всё в порядке. Эта девушка попала в беду, и ваш отец её спас, — приподняв повыше подбородок, произнёс писатель. — А сейчас Марья Анатольевна расскажет, что же вы натворили на этот раз.

Но не успела соседка открыть рот, как Безбожный заметил на полу осколки сорокадвухдюймового жидкокристаллического телевизора, уже пятого по счёту, который разбил кто-то из его детей.

— И это ещё цветочки, — сочувственно произнесла Марья Анатольевна, готовясь рассказать о других подвигах невероятной четвёрки.

На улице уже стемнело, а Белоснежка всё продолжала лежать в бессознательном состоянии на диване писателя, не подозревая, что за нею наблюдали двое детей. Конечно, сначала таинственная незнакомка привлекла внимание всех четверых, но постепенно интерес к спящей красавице угасал, и возле неё остались лишь самые стойкие.

— Почему она ещё спит? Разве взрослые могут так долго и крепко спать? — спросил у своей старшей сестрёнки Максим.

— Потому что она не взрослая, она принцесса, — ехидно произнесла Света и даже показала братику язык. — А если хочешь, чтобы она проснулась, то просто поцелуй её. Помнишь, как в сказке о спящей красавице?

— Не буду я её целовать, — надув губки, произнёс шестилетний мальчик. — Целоваться — это даже хуже, чем папина каша.

— Откуда ты знаешь? Или, быть может, ты уже целовался? — всё так же колко произнесла Света, и её братик покраснел.

— Всё это полный бред! — внезапно в гостиной появился Андрей. — В сказках одна ложь! Деда Мороза нет, рыбка золотая не исполняет желания, а если поцеловать девушку, то она не проснётся. Всё это схема, которую детям навязали такие лгуны, как Андерсен и Братья Гримм, — с серьёзным и всезнающим видом сказал семилетний мальчуган.

— Если ты так уверен, то, может, поцелуешь эту девушку? Всё равно ничего не произойдёт. Или ты, быть может, боишься? — промолвила Света, обращаясь к своему брату-бунтарю.

— Я ничего не боюсь! — после сказанного Андрей подошёл к незнакомке и поцеловал её в глаз. Он, конечно, целился в лоб, но когда его губы склонились над Белоснежкой, та внезапно пришла в себя и слегка приподняла голову.

В следующую секунду дети с криками разбежались в разные стороны, причём кричал больше всех Андрей, словно он оживил не беззащитную девушку, а спящего монстра, который сейчас собирается их съесть.

Присев на кровати, Белоснежка принялась тереть свой глаз:

— Что это за мир такой, в котором мальчики целуют девушек в глаз? — промолвила Белоснежка, когда в комнате не осталось никого. — Интересно, что они ещё не так делают по отношению к моей сказке? — и не успела Белоснежка толком поразмыслить на эту тему, как ей на глаза попалась одна книга, которая лежала на полке возле дивана. На корешке книжки было написано: «Богдан Безбожный. И снова вдова».

— О, быть может, в этой книге я узнаю кое-что про этот мир, — с интересом беря в руки роман писателя, в чьём доме она находилась, произнесла девушка, после чего погрузилась в чтение.

Пока Белоснежка читала свою первую книгу из нашего мира, писатель принимал ванну, где и рассуждал о том, что ему делать, если незнакомка так и не придёт в себя до утра. Ему совсем не хотелось идти в полицию и объяснять, что он хотел всего лишь помочь, поэтому писатель с надеждой на то, что Белоснежка всё-таки проснётся, уснул сам. Его разбудил крик девушки, которая завопила так, будто её кто-то режет ножом. Богдан быстро вылез из ванной и, повязав вокруг пояса полотенце, поспешил в свою гостиную, откуда и доносились душераздирающие вопли.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил писатель, видя, что незнакомка очнулась и сейчас почему-то яро рвала его роман. Увидев Богдана, Белоснежка принялась кричать ещё громче и звонче, чем прежде.

— Да хватит кричать! — громко произнёс писатель, и девушка вдруг замолчала, при этом закрыв рукой глаза.

— Почему вы голый? — спросил Белоснежка, отчего Богдан слегка впал в ступор. Он осмотрел своё тело и, убедившись, что полотенце всё ещё на нем, произнёс:

— Я не голый.

Девушка, которая поверила словам писателя, убрала руку от глаз и снова взглянула на Безбожного, после чего вновь уткнулась в свои ладони и принялась рыдать.

— Зачем вы меня обманываете? Накиньте что-нибудь, — сквозь слёзы, будто видя что-то отвратительное, произнесла она, и писатель, который считал себя без майки очень привлекательным, с убитой самооценкой отправился в туалет надевать халат.

Он вернулся спустя минуту, которой хватило, чтобы девушка смогла полностью истребить его роман, который сейчас отдельными листочками валялся на полу. Сама Белоснежка, обхватив колени руками, сидела на диване и смотрела в потолок, словно боясь взглянуть на писателя.

— Я больше не голый. Так что, может, расскажете, что произошло и почему вы уничтожили мою книгу?

— У вас получилась очень злая история, Богдан, — все ещё глядя в потолок, ответила девушка. — Зачем вы так издевались над своей героиней, зачем убивали всех её мужей? Почему заставили её выпрыгнуть из окна?

— Не знаю, — ответил писатель. — Это всего лишь история. Одна из многих, здесь одна ложь. Так что не стоит грустить о смерти того, кого нет.

Девушка наконец-то перестала смотреть в потолок и посмотрела в глаза своего собеседника, который так спокойно говорил о том, что написал, что создал и убил одновременно:

— Нет, она есть. Может быть, не в вашем мире, но в другом она точно есть, и вы убиваете её. Убиваете постоянно, и она заново переживает всю боль, — девушка говорила так серьёзно, будто героиня из романа была её сестрой или подругой.

— Я не понимаю, что вы имеете в виду, — в замешательстве ответил Богдан. — Я писатель, и мне платят за то, что я придумываю истории, не реальные трагедии, смотря на которые, мои читатели думают, что у них ещё не всё так плохо, как им кажется, что всё всегда может быть хуже.

— Всё всегда может быть лучше, об этом вы не думали?

Писатель не ответил, ведь после смерти жены он перестал верить, что всё будет хорошо, считая, что для него «лучше» не настанет никогда.

— К чёрту книгу, давайте поговорим о вас, — сказал Богдан.

Белоснежка тяжело вздохнула и начала свою историю:

— Моя мать была королевой. Как я уже говорила, она умерла при родах, и спустя несколько лет мой отец, король, снова женится, но на очень плохой женщине, которая завидовала моей красоте. Моя мачеха захотела во чтобы то ни стало убить меня, поэтому она приказала охотникам отвести меня в лес и бросить там на растерзание волкам. К счастью, мне повезло: на опушке леса я увидела домик, в котором жили семеро гномов…

Девушка не успела всё дорассказать, так как её перебил Богдан, в панике взирая на незнакомку, которую подобрал в метро:

— Ты ведь так прикалываешься, правда? — с ужасом в глазах спросил он, даже не замечая, как перешел на «ты». — Ты ведь не думаешь, что ты по правде та самая Белоснежка из диснеевского мультика?

— А что такое мультик? — непонимающе спросила девушка, отчего писатель встал с кресла и принялся расхаживать по своей комнате.

— О господи, ты сумасшедшая, ну точно, это всё объясняет. Твой наряд, твоё поведение, твоё дурацкое имя.

— У меня не дурацкое имя, — обиженно произнесла Белоснежка. — Мне продолжить свой рассказ?

На вопрос незнакомки писатель лишь махнул рукой, ведь он и так знал, о чём она будет говорить.

— Эти гномы, они приютили меня у себя. И я даже была счастлива, живя у этих весёлых старичков. Но потом мачеха как-то узнала, что я жива. Она переоделась в старуху и постучала в мой новый дом. Мачеха дала мне яблоко, и я его надкусила, так как не хотела отказывать в любезности милой старушке. Но яблоко оказалось отравленным, оно отправило меня в ваш мир, но перед тем как оказаться здесь, мачеха сняла свой наряд и выкрикнула, что я направляюсь в злую параллельную реальность сказки.

Богдан уже терял терпение, он хотел сказать, что сейчас вызовет скорую, которая отвезёт его ненормальную гостью в дурдом, но внезапно в гостиную вошёл младший член семьи Безбожных. Таня проснулась от криков девушки, она покинула свою кровать и, встав возле двери гостиной, подслушала весь взрослый разговор:

— Папа, а можно Белоснежка сегодня поспит в моей комнате? — сонным голосом произнесла девочка.

— Танечка, иди спать, — слегка успокоившись, сказал писатель. — Взрослая тётя уже скоро уходит.

— Она возвращается в свою сказку? — наполовину уже закрыв глаза, промолвила Таня.

— Да, возвращается, — сказал Богдан, про себя думая, что в этой сказке её ждут не только семь бородатых мужиков, но и Наполеон с Пушкиным.

— Тогда пусть она передаст привет Молчуну, — напоследок произнесла девочка и пошла к себе в кровать, подальше от взрослой гостиной.

— Я обязательно всё передам, — с серьёзным видом сказала девушка, после чего вновь посмотрела на писателя: — Если вы, конечно, согласитесь мне помочь.

— Конечно, соглашусь, — немного разочарованно произнёс писатель, ведь он ожидал услышать интереснейшую историю, а не пересказ сказки Братьев Гримм. Богдан уже взял в руки сотовый телефон, собираясь набрать номер скорой помощи, как вдруг девушка за его спиной вновь начала рыдать.

— Вы мне не верите, — сказала она, — но почему? Почему вы мне не верите?

— То, что ты говоришь, — бред. Не существует параллельных миров. Наверное, ты очень сильно ударилась головой, раз в ней всё так перемешалось.

— Но как создатель миров может не верить в то, что создаёт? — непонимающе спросила девушка. Её глаза сейчас блестели от слёз, от недавней радости не осталось и следа, сейчас Белоснежка выглядела одинокой и беззащитной.

— Я ничего не создаю! — с гневом произнёс Богдан. — Существует лишь один мир, в котором хэппи-энд бывает крайне редко. Мир, в котором зло часто побеждает добро, мир, в котором нет чудес, люди не восстают из мёртвых и не разговаривают с животными.

Внезапно лицо Белоснежки снова озарила улыбка, ведь ей показалось, что она нашла спасение:

— А я, я говорю с животными. У вас есть животные, я докажу, и вы поверите в мой мир, и тогда сможете мне помочь.

В семействе Безбожных был домашний питомец, но не кот или собака, которые просто не выдержали бы детей писателя, а черепаха, которая выдержит всё.

— Хорошо, — Богдан схватил девушку за руку и с силой повёл её на кухню, где находился террариум, в котором обычно и спала их черепаха. — Давай поговори с ней, — указывая на существо с панцирем, произнёс разгневанный мужчина.

Белоснежка наклонилась к стеклу и принялась с любопытством наблюдать за красноухой черепахой.

— Что вы хотите, чтобы я у него спросила?

«Отлично, — подумал писатель. — Пол она угадала, но разве это о чём-то говорит?»

— Скажи мне, как его зовут, — руки Богдана были сложены на груди. Сейчас он напоминал строгого преподавателя, который принимает у студентки зачёт.

— Его имя Камешек, — с улыбкой на лице произнесла девушка, но её улыбка быстро исчезла, когда она увидела, как смотрит на неё Богдан.

Лицо писателя излучало ярость и гнев:

— Его зовут Шекспир, я так назвал черепаху в честь любимого драматурга. А теперь я вызываю скорую, — писатель стал набирать номер экстренной службы, и слёзы девушки больше не могли его остановить.

Через полчаса приехала белая машина с двумя крепкими санитарами, а девушка всё говорила, что она Белоснежка и что папа у неё король, поэтому двое бравых ребят в белых халатах просто вкололи ей снотворное и погрузили в свой автомобиль. Нельзя сказать, что Богдан не переживал: девушка сильно запала ему в душу, и он просто не мог выкинуть её из своей головы, но и поверить в её слова он тоже не мог. Как и многие люди в его возрасте, писатель просто перестал верить в чудо. С тяжёлыми думами около двух ночи он лег спать.

Во сне Богдану приснились его герои, персонажи которых создало его воображение. Они окружали писателя. Кто-то был с простреленной головой, кто-то с полосками от лезвий на вене, а кто-то без половины туловища, что отнял скорый поезд. Все его герои были мертвы, и эти мертвецы направлялись к своему создателю. Они что-то говорили, но писатель не мог разобрать их слов, ведь рот их был забит песком, который с каждым новым словом летел в Безбожного. Когда от героев книг до писателя оставалось меньше метра, Богдан проснулся. Этот жуткий сон писатель хотел скорее забыть, он пошёл на кухню готовить завтрак своим детям и заодно сделать себе кофе. Белоснежка всё не покидала его головы, но теперь благодаря сну она отошла на второй план, пока на кухне не появился Андрей:

— Доброе утро, папа. Доброе утро, Спартак, — произнёс мальчик, обращая вторую фразу к террариуму, в котором сидела их черепаха.

Сначала Богдан ничего не понял, он всё так же стоял у плиты, как вдруг в его голову пришла одна безумная мысль.

— Как ты назвал Шекспира? — с горящими глазами спросил у сына писатель.

— Спартак. Мне не нравится кличка Шекспир, вот Спартак — это другое дело, он начал восстание рабов, а что сделал твой Шекспир? — с неким презрением произнёс юный бунтарь.

Когда проснулись остальные дети, то оказалось, что их домашнюю черепаху каждый называет по-разному. Например, Света называла её Эдвардом в честь своего любимого вампира. Максим называл её Люцифером, ну вы сами поняли, в честь кого. А Таня называла черепашку Тормозом из-за её вечной медлительности. Услышав столько разных прозвищ у их питомца, писатель решил позвонить прежней хозяйке черепахи. И вы можете представить, как он был удивлён, когда узнал, что изначально Шекспира-Спартака-Эдварда-Люцифера-Тормоза называли Камешком! Богдан был в шоке, телефонная трубка сама выскользнула из его рук, а в его голове всё перемешалось. Он не мог поверить, что девушка, которую он встретил в метро, была действительно из сказки, из другого, более доброго мира, но и отрицать это полностью писатель больше не мог. Взяв с собой детей, которых просто не с кем было оставить, Богдан поехал в психбольницу, куда положили его вчерашнюю гостью.

— Понимаете, — начал объяснять писателю один врач, — у девушки, наверное, была аллергия на снотворное, что вкололи ей наши санитары. Поэтому сейчас она находится в коме.

От услышанного сердце Богдана сжалось, а на глазах чуть не выступили слёзы. Оказавшись в палате Белоснежки, он увидел всё ту же девушку в ситцевом платье, вот только сейчас она была подключена к каким-то приборам.

— Это всё моя вина, мне нужно было ей поверить или хотя бы оставить её у нас до утра, — произнёс писатель, находясь рядом со своими детьми.

— Поцелуй её, папа, — вдруг сказала Света, не ехидно, как говорила вчера своему братику, а на полном серьёзе. — Если она из сказки, то это может помочь.

В любой другой день писатель не воспринял бы слова своей дочери всерьёз, но теперь он, кажется, начинал верить в сказку, во всяком случае, ему точно хотелось в неё поверить. Склонившись над девушкой в коме, мужчина поцеловал её в губы. В ту же секунду раздался писк каких-то приборов, а Белоснежка открыла глаза.

Дома у писателя Белоснежка заново рассказала Безбожному свою историю, которую он на этот раз слушал. Она рассказала, что у писателей есть дар создавать другие миры, в которых и живут их герои. И именно поэтому она уничтожила его роман, так как очень хотела спасти ту девушки из книги «И снова вдова», хоть и понимала, что здесь она бессильна. Девушка рассказала, что существуют миллиарды миров, которые придумывают тысячи писателей, и чем чаще в книгу создателя миров заглядывают читатели, чем реальнее становится его воображаемый мир.

— И как я могу тебе помочь? — спросил Богдан, у которого от рассказа Белоснежки потихоньку ехала крыша.

— Если ты напишешь книгу, в которой я снова возвращаюсь в свой мир, то я на самом деле в него вернусь, — лицо девушки горело от счастья, ведь она наконец-то видела, что мужчина ей верит.

— У меня есть книга, я так и не отдал её своему издателю, — произнёс Богдан, вспоминая свой последний роман о девушке из Индии, которая попадает в Москву. — Если её переделать, то она вполне сойдёт за современную историю о Белоснежке, — с этими словами писатель схватил свой ноутбук и начал переделывать роман, в котором теперь не убивал главную героиню, а отправлял её домой.

За несколько дней Богдан полностью переделал историю об индийской девушке, переделал социальную драму в фантастическую сказку, которая была куда реальней, чем любая, даже самая суровая реальность. За работой над книгой писатель и не заметил, как настало тридцать первое декабря. Всё это время девушка в ситцевом платье жила вместе с ними, и дети писателя даже полюбили её, ведь она не была похожа на всех их прежних нянь, Белоснежка была другой. Богдан решил отнести своё новое творение в издательство после праздников, чтобы Белоснежка встретила Новый год с его семьёй. Там, за праздничным столом, девушка из сказки впервые попробовала шампанское, которое ей безумно понравилось:

— А ваш мир не так плох, как я думала, — произнесла тогда она, а затем сказала самый прекрасный тост, который когда-либо слышал Богдан: — Я очень рада, что в вашем мире есть такие праздники, как Новый год, ведь именно в эту ночь большинство из вас снова начинают верить в чудеса, и пусть длится это только несколько часов, но иногда и их достаточно, чтобы изменить свою жизнь. Я безумно счастлива, что мне посчастливилось познакомиться с такой семьёй, где все такие разные, не похожие друг на друга. И я желаю вам найти свои миры, которые вы, если захотите, обязательно отыщете. Ты, Максим, — девушка посмотрела на мальчика, одетого во всё чёрное, — найдёшь их в книгах великого и ужасного Стивена Кинга. А ты, Андрей, — она обратилась к семилетнему мальчугану, — найдёшь их в альтернативной литературе Чака Паланика. Ты, Света, — посмотрев на девочку в золотистом платье, произнесла Белоснежка, — найдёшь то, что ищешь, в книгах Стефани Майер. Ну а ты, маленькая принцесса, — глядя на трёхлетнюю Таню, сказала девушка с красным бантом на голове, — если захочешь, сама создашь свой мир. Мир из своих картин. Ну а тебе, Богдан, мне нечего желать, ведь ты творец и можешь практически всё, — произнося последнюю фразу, Белоснежка смотрела в глаза своего спасителя.

Но всё хорошее всегда заканчивается. Праздники прошли, и Богдану пришлось ехать в издательство. Ему безумно хотелось, чтобы Белоснежка осталась с ним, но он понимал, что это нереально, что его мир просто рано или поздно убьёт её, как когда-то он сам убивал всех своих героинь.

Оставив у главного редактора флэшку с новой книгой, писатель отправился в кафе, что находилось в фойе первого этажа издательского дома. Там, купив себе кофе с пончиками, он принялся ждать, когда Борис Александрович (так звали редактора) вызовет его к себе. До этого момента Богдан ни разу не носил в издательский дом сказку, до этого момента здесь публиковали лишь драмы, истории, которые заставляли думать о том, что всё всегда может быть хуже.

Наконец-то Богдана вызвали, и писатель, волнуясь, как и при первой публикации, зашёл в кабинет главного редактора.

— Это просто потрясающе! — вставая из-за своего стола, произнёс Борис Александрович. — Эта история станет новым бестселлером, — редактор принялся обнимать шокированного Безбожного. И когда его объятия закончились, редактор с серьёзным лицом вернулся за свой стол.

— Правда, есть одно но! Финал тебе придётся переделать, — сказал Борис Александрович. — Убей Белоснежку. Хэппи-энды сейчас не в моде, а вот хорошая драма продаётся всегда.

От услышанного коленки писателя начали трястись, его пробил озноб, ведь за всю свою творческую карьеру он ни разу не спорил с главным редактором, человеком, благодаря которому он и стал писателем.

— Простите, но я ничего не буду менять.

Лицо Бориса Александровича из радушного мигом стало яростным, жаждущим разрушения:

— Что ты сказал? Это я создал тебя! Я печатал все твои книги, и если ты не изменишь конец своей чёртовой истории, то я уничтожу тебя!

Богдан знал, что главный редактор на это способен, но он молчал.

— Я сделаю так, что тебя вообще никто не будет печатать!

И то, что это вполне возможно, Богдан тоже знал, но всё равно молчал.

— Ты хоть понимаешь, что без меня ты никто!

И лишь с этим Безбожный согласиться не мог.

— Я создатель миров. Я писатель, а значит, только мне решать, какой будет конец. Сейчас как никогда людям нужно чудо, нужна вера в добро, вера в то, что, возможно, всё будет хорошо, и я хочу дать им эту веру.

Забрав свою флэшку, писатель вылетел из кабинета главного редактора, прежде чем в него полетел ноутбук. Богдан знал, что будет потом. Борис Александрович — не последний человек в литературе, поэтому он быстро придумает грязную ложь, в которой покажет Безбожного в худшем свете, возможно, даже обвинит того в плагиате, и ему многие поверят. Богдан знал, что теперь его вряд ли будут печатать в крупных издательствах, поэтому он пошёл в маленькое в надежде, что там, пусть и очень небольшим тиражом, но его книга увидит свет. Так оно и произошло.

Домой писатель вернулся уставшим, но победителем. Было уже поздно, и все его дети крепко спали у себя в кроватках. Белоснежка стояла в гостиной. Она молча встретила Богдана, ожидая от него новостей.

— Книгу о тебе напечатают, — с улыбкой произнёс он, и девушка в ситцевом платье тут же кинулась к нему на шею. Она поцеловала писателя в щёку, прошептав ему на ухо:

— Спасибо.

— И что теперь? — грустно произнёс писатель, так как ему совсем не хотелось прощаться.

— Теперь я вернусь в свой мир, — тихо произнесла Белоснежка, отступив от Богдана на шаг.

— Но как ты это сделаешь?

— Ты читал «Маленького принца»? — спросила девушка, и писатель кивнул. — Ты помнишь, как маленький принц вернулся на свою планету? Так вот и я так вернусь в свой мир.

В конце произведения Антуана де Сент-Экзюпери, чтобы вернуться домой, маленький принц умирает — об этом очень хорошо помнил Богдан, и эти воспоминания причиняли ему боль.

— Я не дам тебе умереть! — сквозь слёзы произнёс писатель.

— Глупый, я не умру, я попаду в свой мир, в котором благодаря твоей книге буду счастлива.

— А что если ты ошибаешься?

— Ты опять мне не веришь, — с улыбкой ответила девушка. — Сейчас я уйду, и ты больше никогда меня не увидишь, но я всё равно всегда буду с тобой. Потому что ты не убил меня. Но перед тем как окончательно исчезнуть, я кое-что скажу. Ты можешь оживить свою жену. Напиши книгу, в которой она не умирает в автокатастрофе, пусть в каком-нибудь из параллельных миров Богдан Безбожный будет счастлив, — сказав это, девушка покинула дом писателя.

Я не стану вам рассказывать, где она нашла смерть, ведь это не имеет значения. Главное, что Белоснежка, как и маленький принц, вернулась домой. Главное, что кто-то из вас снова поверил в чудеса, поверил, что добро может победить зло, что хэппи-энды случаются и всё не всегда так плохо, как нам это кажется. Главное, что эта сказка, которая потом стала реальностью, в итоге снова стала сказкой, в которую вы, я искренне надеюсь, поверили.